Category: эзотерика

Category was added automatically. Read all entries about "эзотерика".

Лисица в шапочке

Ой-ей-ей!!

Слушайте, есть маза, что меня сглазили.
Скажите, как ячмень на глазу лечат, а?!?
Ну кроме традиционных плевков из-подтишка и потирушек обручальным кольцом?!

Я в ужасе:(
Гадить жидко пару дней это еще туда-сюда, но изображать из себя сватью-бабу-бабариху это уже - перебор!
ХЕЛП!
  • Current Mood
    ужас-ужас!
Лисица в шапочке

Свежее мясо с кровью и запахом костра

Ночь. Приехала из одного города на день, поспала в предместье и снова - в путь. Есть что вспомнить, есть что рассказать, нет одного - слушателя. Точнее они есть, они вокруг, их много, жадные, черные псы, потные уши: давай! давай! говори, мы все сожрем и будем просить еще, больше того, что ты успеешь написать, рассказать, подумать...Больше и быстрее...Московские каникулы? Валяй!
Пристегнитесь, любопытные, и раз вы так просите, я налью вам в уши бальзам или отраву, кто из вас что предпочитает? Но учтите, что вы ходите по краю пропасти, один неверный шаг - и вас постигнет та же участь.
У меня найдется все. Я - ведьма. Нет, не так. Я - Ведьма. Именно. И я вас предупредила. Вперед!

Четыре дня. С чего начать? С усталости, потому что был Он, потому что я держала его, а он меня? Так не любят, так - убивают, жестоко и сильно, один раз, но с повторениями, как в страшном сне, когда каждый раз просыпаешься и каждый раз проснувшись, понимаешь, что ты спишь. И так - бесконечно. Потом вокзал, потом утро, потом солнце, любимая подруга - ведьма. Очаровательный мальчик на кухне ночью, который попал случайно на Шабаш двух колдуний в отпуске, ведьм, получивших отгулы по службе. Он раскрывает свои широкие глаза, под пиво слушая вещи, которые ложатся в уши легко, но начинают как бомба с часовым механизмом отсчитывать твои спокойные минуты на этом свете, в этом измерении, сто десять, сто девять, сто восемь...Скоро ты ляжешь спать, проснешься и уже никогда не будешь прежним. Это - Шабаш, настоящий, без идиотских атрибутов, метл, полетов, спутанных волос и адских зелий, сваренных на тагане. Моя метла - стул, ее зелье - "тиньков", а талисман изготовлен и ты уже не можешь его снять. В твоих глазах поселятся страх перед Нами, ты жадно ловишь каждое слово, хотя притворяешься безразличным. Тебя обжигает признание в том, что твоего соседа возможно, уже не спасти от меня. Ты страшно напуган, но жалеешь только об одном: ты не он, тебя не пустили Так далеко, и ты не ответишь закатив глаза "ДА!" на все, о чем тебя попросят, даже не слушая. Ибо никто не просит, тебя взяли посмотреть, не разрешив даже потрогать. Ты долго пытаешься прорваться, но осознаешь свою невласть - уходишь. А мы хохочем, улюлюкаем, волосы развеваются на несуществующем ветру, мы поднимаем этот ветер в полный штиль и никто нам не препятствует.

Утро следующего дня прекрасно: мы встаем и уезжаем, оставив вас в полной нашими запахами и мыслями квартире, бьюсь об заклад, что вас колбасило полдня и вы не понимали, отчего это. Мы оставили своих двойников надзирать за вами, пока мы покупаем на рынке баранину для плова. Он, плов - прекрасен. Все, к чему прикасается Ведьма - становится нектаром и ядом одновременно. вы ели его, и ваши души теперь перешли в нашу коллекцию. Один из вас еще дергается на коротком поводке, но скоро ты смиришься, потому что это так сладко - быть у Нас на привязи, питаться нами и питать нас. Ты к этому быстро привыкнешь и перестанешь замечать ошейник. Такова особенность ведьминской упряжки: ее начинаешь чувствовать только когда она снята, тогда она начинает давить и рвать тебя, и ты делаешь все, чтобы только тебя снова Приблизили, надели на тебя намордник и сковали наручниками, тебе тяжело дышать без всего этого. Самое страшное наказание ведьмы - отпустить тебя на волю. Ты не вынесешь, не сможешь пережить этого, это будет тебя преследовать до смерти, ты будешь снова искать Ее и не находя, трахать в отчаяньи тех, кто никогда не сможет тебя даже понять, не говоря уже о том, чтобы что-то дать тебе. Бойся потерять Ведьму, она - твоя единственная жизнь, твой наркотик, твои мысли, твои чувства. ты даже не сможешь толком помочиться, если потеряешь Ведьму.

Москва заворожила и открыла снова какие-то чакры, союз двух чертовок творит чудеса. В магазине примеряли специально для нас выпущенные тапочки-копытца, как приятно что теперь для нас делают такие прекрасные смешные задорные атрибутики! Домой, конечно, на тринадцатом месте. Хорошо что в тамбуре не горел жертвенный огонь, это было бы уже слишком...И там, дома - Он. Глаза в глаза, губы в губы, пьет дыхание, счастливец, глаза огромные, черные. Сильный и молодой. И каждый говорит обязательно не то что думает и хочет сказать, такие правила. Если она скажет, что любит, значит она просто шлюха, если он ответит, что ему все равно, значит он от нее без ума. Это видно, это понятно. Сегодня она не ведьма, сегодня она добрая фея в кедах. Мурлычут, трутся, ведьмой она окажется потом, а пока она просто - Она и никто больше, совсем безобидная, совсем не страшная. Он почти чувствует себя сильнее и мудрее, она так предсказуемо реагирует на его слова и движения, она, конечно, просто без ума от него. Но обратный отсчет пошел, и если тот, из верхнего рассказа предыдущего дня - лишь смотрит на экране фильм про бомбу и небытие, то этот - как конченный мудак держит в руке гранату, выдернув чеку и улыбается, в полной уверенности, что она учебная. Эта рыжая дрянь ушла утром, не обернувшись, раздался одной только ей слышный взрыв и никто не видел, как она облизнула губы, за которыми будто бы сверкнули клыки. Что теперь? Теперь у нее в руках еще одна нитка, среди прочих, которую она может потянуть, может ослабить. На его счастье, он ей пока интересен, а значит, недостатка он ни в чем не будет испытывать. Смотреть теперь и наблюдать: удержит или нет? Сможет продлить свои дни, или уже должен собираться в мир Скуки и Отчаянья? Сейчас его время, он может творить, ему дана Сила. Она его будет пока что оберегать, кормить с ложечки вдохновением, следить, чтобы он не передознулся эмоциями, утешать если забоится своей мощи. Береги же Ее, не окажишь кретином, не проеби свою жизнь, это все, что у тебя осталось, такой вот примитивный выбор, ибо свою душу ты уже заложил и обратного пути нет.

Она пока даст тебе отдышаться и поразмыслить, ей надо непременно купить тапочки-копытца на Ленинском проспекте. Но она следит за тобой, помни это, и не отходи слишком далеко и резко, чтобы не удавиться на тугом поводке, и я обещаю, скоро он превратится в самый лакомый, мягкий и желанный аксессуар на твоей сильной как у мустанга шее...
(to be continued)